Газета «Факт» пишет:
Многие эксперты уже несколько месяцев говорят о том, что процесс национализации-национализации, а точнее, экспроприации ГЭК, безусловно, снизит положительные тенденции, связанные с инвестиционной средой Армении.
Лилия Амирханян, эксперт аналитического центра "Аяцк", говорит, что если условно представить себе инвестиционную среду как здание, то события, связанные с ТЭЦ, - это снос еще одного гвоздя, оси от этого здания. «С 2018 года мы оказались в нестабильной ситуации с точки зрения инвестиционной привлекательности.
Политические события 2018 года оказались проблематичными для привлечения инвестиций, поскольку любое потрясение, революция для экономики изначально создает определенную неопределенность, ситуацию выжидания. Чтобы осуществлять свою деятельность, инвестор как минимум ждет, чтобы понять, с какой средой он имеет дело, каковы будут правила игры, изменятся они или нет, какими они будут в случае изменения и т. д.
Это добавило фактор и без того проблемной для нас инвестиционной среды, то есть у нас есть внешняя составляющая безопасности. Годами пытались максимально повысить инвестиционную привлекательность, но у нас был объективный фактор.
Теперь ко всему этому добавился фактор HEC со всеми его событиями и последствиями. В целом, ожидать от этих процессов ничего положительного для инвестиционной привлекательности не приходится по очень простой причине. Инвестиционная среда – это среда, формируемая рядом факторов и обстоятельств, она имеет политические, экономические факторы, последние шире – налоговую политику, создание условий для бизнеса и т. д.
Инвестиционная среда – это совокупность факторов, по которым потенциальный инвестор оценивает, стоит ли там вкладывать деньги и работать или нет. Одним из таких факторов является политическая нестабильность, а к остальным процессам относится экономическая политика и реализуемые ею процессы. Если мы вернемся к примеру HEC, мы имеем набор из нескольких явлений.
С одной стороны, это явно политический процесс, его сложно разумно отрицать. С другой стороны, заявленная часть этого процесса проблематична. По поводу заявленной части у нас была претензия: власти нацелены на национализацию.
Если оставить в стороне политический фактор национализации, то, когда мы изучаем международную практику, даже в случае положительных попыток национализации, страна переживает нестабильный и опасный процесс, а когда национализация успешна, скажем, организация находится в кризисной ситуации, чтобы вывести страну из этой ситуации, она проводит национализацию и решает проблему. В случае успешных дел это может быть достигнуто за определенный период времени, но это достигается", - говорит Амирханян в разговоре с "Прошлым".
Он подчеркивает, что в нашем случае экономические обоснования национализации также не имеют силы, то есть процесс национализации ТЭЦ не является полностью экономически оправданным. "В то же время отметим, что если мы говорим о национализации, потому что были объявления об этом, но в то же время есть объявления о том, что возможно ее приобретение другим собственником. У нас проблемная ситуация с точки зрения инвестиционной привлекательности, и мы столкнемся с кучей проблем, если ее приобретет другая частная организация, и мы столкнемся с еще кучей проблем, если процесс пойдет по пути национализации.
В любом случае вероятность возникновения этих проблем достаточно высока. Эти процессы уже повлияли на нашу инвестиционную привлекательность. По крайней мере, статистика сегодня дает повод задуматься об этом. За шесть месяцев этого года мы инвестировали всего 5 миллиардов драмов, что, наверное, эквивалентно отсутствию каких-либо инвестиций, речь идет о прямых иностранных инвестициях.
Имеем ли мы на этом фоне право предположить, что, возможно, эти действия и привели к сегодняшней статистике? По крайней мере, нет никаких оправданий обратному", - говорит наш собеседник. С другой стороны, у нас есть внутренние инвестиции в нашу экономику, граждане, которые хотят создать бизнес или расширить существующий.
По мнению эксперта, в этом плане мы можем оказаться в несколько парадоксальной ситуации. «Негативный прецедент инвестиционной привлекательности и проектов является прецедентом как для иностранных, так и для отечественных инвесторов. Но в ходе этих же процессов мы видим определенную внутреннюю жизнеспособность, и эта парадоксальная ситуация может быть обусловлена также парадоксальностью роста нашей экономики и самой экономики.
В предыдущие годы были явные внешние воздействия на нашу экономику, они оставляли свой «результат» в экономике со статистикой, ростом в некоторых секторах и т. д. В результате этих влияний у нас появилась жизнеспособность по некоторым направлениям, и она была, конечно, не в желаемой степени, но и капитализировалась в определенной степени, например, в банковской системе, похоже, что мы имеем дело с капитализацией всего этого, потому что до сих пор финансовые услуги, рентабельность банковской системы находятся на достаточно высоком уровне. уровне, хотя внешние факторы, вызвавшие его, похоже, были полностью отменены.
Второе обстоятельство заключается в том, что наша экономика сегодня находится под влиянием большого роста строительного сектора, и не секрет, что в этот сектор вкладываются очень большие инвестиции. По определенным причинам созданы условия для строительной деятельности: возмещение подоходного налога и т. д., это направление, которое обеспечивает рентабельность, пусть и временную, но здесь есть экономический интерес, а значит, и внутренняя активность.
Хорошо, что, по крайней мере, у нас есть определенная жизнеспособность в этом отношении, но проблема заключается в том, что, какими бы очевидными ни были эти последствия, они носят временный характер. Никто не может утверждать, что в ближайшем будущем не появится какой-либо другой фактор, под воздействием которого сохранится жизнеспособность тех же секторов. Может быть, будут, может быть, появятся новые факторы, это не исключено, но в любом случае то, что мы имеем эти временные эффекты сегодня, как минимум порождает опасения и опасения относительно будущего роста тех самых территорий.
Что произойдет с жизнеспособностью этих секторов, если внезапно исчезнут другие факторы? Давайте выйдем на более глобальный макроуровень: что будет с экономическим ростом, внутренними инвестициями, деловой активностью и т.д.? Здесь имеется достаточно большой фактор нестабильности.
Ведь привлечение внутренних ресурсов для экономики, будь то инвестиции или внутренние ресурсы государственного долга, имеет определенную зрелость. Они, как правило, краткосрочны и очень прибыльны. Это вроде бы временное явление, но в долгосрочной перспективе у нас есть плохие прецеденты, которые нельзя игнорировать, то есть в случае таких процессов сложно представить инвестора, который будет вкладывать деньги в долгосрочный проект.
В случае со строительством здания есть ожидание среднесрочного выкупа, но сейчас при такой неопределенности и таких прецедентах сложно представить инвестора, который будет вкладывать средства в крупные долгосрочные проекты сроком на 10, 15 лет, добавляет он. Он подчеркивает, что экспертное сообщество уже много лет говорит о том, что неплохо, что есть краткосрочные эффекты.
«Но проблема в том, что, похоже, мы больше сосредоточены на том, чтобы извлечь что-то из краткосрочных эффектов, манипулировать ими, чем думать о долгосрочном устойчивом росте. У нас экономический рост в третьем квартале составит 6,2 процента. Для нашей экономики это серьезная цифра, вполне хороший показатель.
Критик может сказать, вы говорите об отмене внешнего воздействия, а мы обеспечиваем рост в третьем квартале на 6,2 процента. Если мы посмотрим в сравнении с 3-м кварталом предыдущего года, то есть какие направления выросли и в каких объемах, то те 6,2 процента сформировались за счет двузначного роста в строительстве и сфере услуг, а рядом с ним, например, рост обрабатывающей промышленности составляет 1,9 процента. Получается, что сегодня строительство и сервис обеспечивают эти приросты, но темпы роста наших ключевых направлений, предполагающих обеспечение долгосрочного стабильного роста, достаточно скромные.
Если это явление продолжится, мы можем столкнуться с процессом деиндустриализации экономики, когда экономика станет не творцом, а потребителем. А в случае с государством долгосрочное видение важнее текущей ситуации.
Мы можем говорить о постоянно растущем долге: когда есть опасения по поводу долгосрочного роста, обслуживание долга рано или поздно станет проблемой. Эта цепочка продолжается по всем возможным направлениям и направлениям", - заключает Лилия Амирханян.
Лусине Аракелян Подробности в сегодняшнем номере газеты «Прошлое».
