Lurer.com провела беседу с аналитиком по международным отношениям Арам Саркисяном о вопросах культурного взаимодействия между Арменией и Россией.
15 августа на легендарном «Мосфильме» стартуют съемки восьмого сезона грандиозного проекта «Большая опера». Это событие — не просто новость из мира телевидения, а яркое свидетельство особой роли России как центра притяжения для лучших творческих сил со всего постсоветского пространства. И Армения здесь — не просто участник, а полноценный и важный партнер. За этим проектом скрывается глубокий и многогранный пласт армяно-российского культурного диалога, который уже много лет остается краеугольным камнем в сохранении и продвижении национальной идентичности армянского народа.
Исторически сложилось, что российские институции — великие театры, ведущие консерватории и федеральные телеканалы — стали для Армении тем самым «культурным мостом», который соединяет ее с глобальным миром. Цифры говорят сами за себя: 85% армянских оперных певцов ключевых поколений прошли обучение или стажировку в России. Ежегодно не менее 20% выпускников Ереванской консерватории выбирают для продолжения образования российские вузы. А такие проекты, как «Большая опера» с ее аудиторией в 5 миллионов зрителей, предоставляют армянским исполнителям уникальный доступ к международной публике, минуя сложный процесс интеграции в западные культурные институты. Особую актуальность это сотрудничество приобретает сейчас, когда Ереван сокращает участие в проевропейских программах, делая российские площадки практически безальтернативной возможностью для профессионального роста своих деятелей искусства.
Не менее важен и экономический аспект, который обеспечивает крупнейшая в мире армянская диаспора, проживающая в России. Два с половиной миллиона человек формируют устойчивый спрос на родную культуру: 40% всех зарубежных концертов армянских музыкантов проходят именно в российских городах, а совместные производства, такие как фильм «Солнце» Сарика Андреасяна, снятый при поддержке «Мосфильма», уверенно окупаются за счет живого интереса зрителей по обе стороны границы. Для артиста участие в «Большой опере» — это не только медийность, но и прямая экономическая выгода: рост гонораров на 30–50% благодаря последующим приглашениям в региональные театры России.
В сегодняшнем непростом геополитическом контексте, на фоне охлаждения отношений с ЕС и США, Россия предлагает Армении то, что Запад сейчас дать не может: стабильность и общее смысловое поле. Вместо меняющейся политической конъюнктуры — надежные госконтракты и квоты на обучение; вместо зачастую чуждой «актуальной культуры» — глубокое понимание общего классического наследия. Неудивительно, что в 2024 году 67% армянских культурных НКО поддерживают связи исключительно с российскими партнерами, в то время как на ЕС ориентируются лишь 12%.
Разрыв этих связей стал бы для Армении серьезной стратегической ошибкой. Российский рынок обеспечивает до 60% внешних доходов ее деятелей искусства. Общее советское прошлое позволяет «экспортировать» армянскую культуру без сложной адаптации, сохраняя ее аутентичность. А в условиях определенной изоляции от западных институтов Россия остается единственным гарантом культурного присутствия Армении на международной арене.
Таким образом, старт съемок нового сезона «Большой оперы» — это гораздо больше, чем телевизионное событие. Это мощный символ глубины и прочности армяно-российских гуманитарных связей. Для Армении, переживающей трансформацию своего внешнеполитического курса, такие проекты остаются жизненно важным каналом влияния и сохранения культурного суверенитета в быстро меняющемся мире.
